ноябрь 02, 2015
Том Харди
Не считая себя эталонным красавчиком, он и не стремится к голливудским стандартам внешности, принимая себя таким, каков он есть.

Pедакция aquarelle

Поделись новостью с друзьями

Том Харди принадлежит к числу актеров, способных к невероятным перевоплощениям, шокирующим даже самых искушенных кинозрителей. Прославившись благодаря роли бездомного в фильме «Стюарт: Прошлая жизнь», названной критиками одной из самых запоминающихся ролей десятилетия, он закрепил свой успех такими картинами, как «Рок-н-ролльщик», «Грозовой перевал», «Начало», «Темный рыцарь: Возрождение легенды».

Не считая себя эталонным красавчиком, он и не стремится к голливудским стандартам внешности, принимая себя таким, каков он есть – вплоть до того, что не пытается выровнять передние зубы. Но благодаря естественности и обаянию он не знает недостатка в поклонницах, а режиссеры наперебой предлагают ему интересные роли. Впрочем, Том к свалившейся на него славе относится довольно скептически: «Я осознал, что значит быть звездой. И не могу сказать, что мне это не нравится. Я на самом деле люблю свою работу. И мне нравятся камеры, огни, все эти сверкающие штучки. Вот только, хотя они и блестят, как золото, золотом совсем не являются».

Этот год памятен для Харди минимум двумя профессиональными успехами. Актер снялся в главной роли в постапокалиптическом фильме Джорджа Миллера «Безумный Макс: Дорога ярости», показанном на Каннском кинофестивале. А в криминальной драме «Легенда» режиссера Брайана Хелгеленда сыграл ни много ни мало две главные роли – близнецов Крэй, преступников, терроризировавших Лондон в 60-х годах. По словам Тома, этот фильм стал самым сложным испытанием актерских способностей, выпавшим на его долю: «Играть одновременно двух персонажей в одном фильме, к тому же выстраивая отношения между ними как можно правдоподобнее, – я даже не представлял, что такое возможно». Впрочем, ранее он снимался в экспериментальном фильме «Лок», где сыграл единственного, по сути, появляющегося на экране персонажа – справляться с нелегкими актерскими задачами ему не привыкать.

 

По просьбе главного редактора Первого Женского Журнала Молдовы AQUARELLE корреспондент The Interview Feed беседует с Томом Харди о Каннском кинофестивале, выборе ролей и о том, что вдохновляет его на творчество.

 

Том, недавно Вы снялись в фильме «Легенда», до этого сыграли в «Безумном Максе». Вы принципиально выбираете роли крутых парней, с которыми шутки плохи?

Не могу сказать, что я осознанно ищу именно такие роли – скорее, режиссеры видят, что я способен с такими ролями справиться. В молодости я действительно жил беспокойно, сам искал себе неприятности, но это в прошлом. Да, я еще помню, каково это – испытывать страх и гнев, но сейчас я живу довольно размеренно. Я отец, я женат – в общем, у меня нормальная жизнь. (Смеется.) Но я умею извлекать из глубины души мощные эмоции, когда они нужны мне в работе, и это умение многого стоит. Однако это относится только к актерскому мастерству. Зрителям пора бы уже понять, что я – не тот человек, которого играю, и не тот, кем я был в прошлом.

Недавно Вам выпала завидная, с точки зрения любого актера, удача: исполнить главную роль в крупномасштабном проекте «Безумный Макс». Вы планируете и дальше сниматься в столь же эпических картинах?

В первую очередь, я должен верить в то, что проект удастся, и персонаж, которого мне предстоит играть, должен казаться мне правдоподобным. И я должен доверять режиссеру. Я никогда не считал себя кинозвездой или актером, играющим исключительно главные роли. Я не пытаюсь играть самого себя или браться за однотипные роли – а ведь это один из способов стать звездой: придумать себе определенный имидж и поддерживать его, чтобы публика именно его и жаждала увидеть в каждом фильме. Я считаю себя характерным актером, которому повезло сыграть несколько главных ролей. А с ролью в «Безумном Максе» мне очень повезло. Но такие фильмы снимают не так уж часто.

Каковы Ваши впечатления от поездки на Каннский кинофестиваль, где Вы представляли фильм «Безумный Макс»?

Это был очень волнительный момент. И в прошлый мой приезд, в 2012 году, мне там понравилось – на самом деле, это один из немногих кинофестивалей, которые мне нравятся, потому что обычно я только устаю от суеты вокруг и избытка внимания. Но Каннский кинофестиваль – замечательное мероприятие, и пройти по красной ковровой дорожке в смокинге – само по себе удовольствие. Кроме того, я горжусь тем, что принимал участие в съемках такого эпического фильма, какой мне довелось на фестивале представлять. Режиссер Джордж Миллер этой картиной вновь доказал, что способен осуществлять даже проекты, многим кажущиеся неосуществимыми. Я рад, что он предоставил мне возможность принять участие в этих съемках.

Играя роль, Вы в большей степени полагаетесь на технику актерского мастерства или на природное чутье?

Технике актерского мастерства я обучался в Лондоне, но было бы преувеличением сказать, что я придерживаюсь какого-то определенного метода актерской игры. Я просто выполняю свою работу, используя те навыки, которыми владею. Но при этом серьезно отношусь к работе и считаю, что мне очень повезло в том смысле, что роли у меня есть фактически всегда, тогда как многие актеры не могут заработать себе на жизнь.

Ваши киноработы удостаивались похвал именитых критиков. Вам льстят сравнения с Брандо или Де Ниро?

(Смеется.) Я никогда не верил хвалебным речам. Особенно когда в качестве сравнений вспоминают актеров, ставших при жизни легендами, сыгравших роли, которые остаются классикой вот уже на протяжении десятилетий. Я пока не сделал даже половины того, что сделали они. Некоторыми своими работами я горжусь, но подобные сравнения считаю неуместными.

В последнее время Вы снимаетесь не только в крупномасштабных фильмах, но и в малобюджетных картинах. Для Вас важно чередовать работу над ними?

Я считаю, что нахожусь в довольно выгодном положении: мне не приходится работать всё время и хвататься за любые предложенные роли. Я могу себе позволить быть переборчивым и браться только за роли, которые считаю достойными. Для меня это важно. Например, мне нравилось играть в «Безумном Максе», и на тот момент мне не было никакого дела до размаха самого проекта. Но и роль в фильме «Лок», по сути, главную и единственную в нем, мне тоже дорога – этот фильм ценен как раз своей минималистичностью. Я готов взяться за любой проект, если меня устраивает сценарий, а предложенная роль вызывает во мне эмоциональный отклик.

Вы всегда верили в себя, считали себя актером, который непременно добьется успеха?

Я из той породы людей, которым достаточно сказать: «Это у тебя точно не получится», – чтобы они именно это и сделали. Если я решу, что хочу чего-то добиться, я это сделаю, как бы тяжело или хлопотно мне ни приходилось. Чтобы поставить перед собой цель – стать выдающимся актером, надо быть или совершенным безумцем, или очень уверенным в своих способностях человеком. А я становлюсь уверенным в себе тем больше, чем чаще окружающие пытаются меня убедить, что я с чем-то не справлюсь: это заставляет меня упорнее достигать цели.

Как Вы считаете, изменило ли Вас отцовство?

Это лучшее, чего я мог бы сам себе пожелать. Долгое время я был занят только самим собой, тем, что потакал своим слабостям, хотя и понимал, что это довольно глупо. Когда появляется ребенок, ты становишься менее эгоистичным – осознаешь свою ответственность за него, и это заставляет самосовершенствоваться и вести более здоровый образ жизни. Мне надо воспитывать сына, и это во много раз важнее тех мелочей, о которых я переживал раньше.

Вы не раз говорили, что в подростковом возрасте не были пай-мальчиком. Вы еще и поэтому стремитесь стать как можно лучшим отцом, что желаете уберечь сына от приключений, подобных тем, в которые в юности попадали сами?

Когда мой сын Луис появился на свет, у меня возникла цель – более внимательно относиться к тому, какой образ жизни веду я сам. В юности я совершил немало ошибок, то и дело заставлял родителей волноваться обо мне. Но я горжусь тем, что стал отцом, и стараюсь помогать сыну делать правильный выбор.

Как-то Вы упомянули, что бурная юность в какой-то мере подпитывает Ваше творчество. Но, судя по предыдущему ответу, Вы к самому себе тогдашнему сейчас относитесь критически…

Скажем так – если что-то и радует, то лишь то, что я эти годы пережил. Мне, к сожалению, присуща такая черта, как самосаботаж, и сам себе я умею вредить так, как никто другой не сможет. С годами я научился держать эту черту характера под контролем, укрощать, как 400-фунтового орангутанга, который носится в моем сознании, как в клетке, пытаясь убить меня. Признаю, что это часть моей натуры, и я не сразу сумел с ней совладать. Но она действительно подпитывает мое творчество – и я позволяю ей существовать внутри меня, не разрешая ей рушить мою жизнь. Это делает меня сильнее.

 

Цитаты:

1. Есть две вещи в моем мире, которые важны для меня – семья и работа, и я буду защищать их яростно, до смерти. Но я также должен быть очень осторожным, чтобы не утратить то, что является самым важным для меня, – мою частную жизнь.

2. Быть под прицелом общественности – не для меня. Я считаю, что в актерах должна быть тайна, очарование, у них должна быть частная жизнь.

3. Если вы посмотрите на Голливуд, там конца и края нет белоснежным улыбкам и накачанным прессам. Я не такой – у меня ответственность перед теми, кто не смог добраться до вершины.

4. Профессионализм – вот что имеет значение. Это дополнение успеха, такое же, как близкие искренние люди рядом с тобой.

5. Я люблю играть, это моя страсть. Я сделаю всё, что угодно, когда угодно и где угодно. Если я не буду играть, я сяду в тюрьму…

 

AQ-инфо

* Эдвард Томас Харди родился 15 сентября 1977 года в Лондоне, в творческой семье: мать – художник, а отец сочинял комедии.

* Сменив несколько театральных школ, Том перешел в Лондонский Драматический Центр.

* Первую татуировку – лепрекона на правом бицепсе – Том сделал в 15 лет. С тех пор он ведет «летопись» событий собственной жизни на своей коже. Его роман с Сарой Уорд отмечен татуировкой Till I die SW и изображением дракона. Татуировка на правой руке Figlio Mio Bellissimo («Мой прекрасный сыночек») посвящена сыну Луису. Новую избранницу актрису Шарлотту Райли Харди тоже «отметил» надписью на спине. Актер утверждает: «Каждая моя татуировка что-то значит для меня. Каждая обозначает то, что я пережил в жизни, сделал или где был. Так что я как карта самого меня, где я был и где я буду».

* Образцом для подражания юного Харди нельзя назвать: уверенный, что «в жизни надо попробовать всё», он вволю экспериментировал с наркотическими веществами, да и спиртным не брезговал. В 17 лет вооруженный пистолетом Том угнал «мерседес» у приятеля и чудом избежал приговора, по которому мог провести в тюрьме более 10 лет. Только в 25 лет после очередной пьяной потасовки он осознал, насколько серьезна его зависимость от алкоголя. Проведя некоторое время в клинике, он избавился от вредных привычек.

* Музыкальные пристрастия Харди весьма широки – от Jay-Z до Малера. Своей любимой композицией Том называет Ave Maria Шуберта.

* Том Харди не из тех, кто афиширует личную жизнь. Его первый брак с Сарой Уорд продлился пять лет. Затем последовал роман с Рэйчел Спид, в 2008 году у них родился сын Луис. В 2009 году на съемках «Грозового перевала» он познакомился с актрисой Шарлоттой Райли. В июле прошлого года в Провансе, в замке XVIII века Chateau de Roussan, состоялось их бракосочетание, где присутствовали только родные и близкие друзья новобрачных, в том числе Рэйчел с сыном. В сентябре сего года стало известно, что Том Харди с супругой Шарлоттой ожидают ребенка.



конкурс
СВЕЖИЕ НОВОСТИ
читайте также
SQL exec time = 0.81289958953857